Для большинства Ассирийцы - это древний, но давно исчезнувший с лица Земли народ, который вспоминают только историки.
Однако на деле ассирийцы существуют и сегодня. Это народ рассеянный по разным странам народ, ведущий своё происхождение от тех самых древних ассирийцев.
Так это или иначе, но точно то, что непосредственными предками современных ассирийцев являются говорившие по-арамейски жители Ближнего Востока - то есть если и не сами древние ассирийцы, то один из народов, населявших Ассирийскую державу. В I веке н.э. они приняли Христианство.
denis-kurant.webasyst.net/PD/html/script
( Read more... )
Очень отличаются от раннего творчества этого поэта,
более склонного вершить судьбы, нежели писать стихи.
Поговорим о вечности с тобою:
Конечно, я во многом виноват!
Но кто-то правил и моей судьбою,
Я ощущал тот вездесущий взгляд.
Он не давал ни сна мне,
ни покоя,
Он жил во мне и правил
свыше мной.
И я, как раб вселенного
настроя,
Железной волей управлял
страной.
Кем был мой тайный
высший повелитель?
Чего хотел он,
управляя мной?
Я, словно раб, судья
и исполнитель, -
Был всем над этой нищею
страной.
И было все тогда непостижимо:
Откуда брались силы,
воля, власть.
Моя душа, как колесо
машины,
Переминала миллионов
страсть.
И лишь потом, весною,
в 45-м,
Он прошептал мне тихо
на ушко:
«Ты был моим
послушником, солдатом,
И твой покой
уже недалеко!».
1947 г.
Думаю, что это большой плюс, поскольку всё это время российская историческая наука была тяжело больна плюрализмом. Теперь, надеюсь, всё будет по-иному.
"В соответствии с протокольным решением Бюро Отделения историко-филологических наук РАН "О задачах ОИФН РАН в связи с Указом Президента Российской Федерации от 15 мая 2009 года №549 О Комиссии при Президенте Российской Федерации по противодействию попыткам фальсификации истории в ущерб интересам России" просим Вас предоставить в Отделение информацию:
1. Аннотированный перечень историко-культурных фальсификаций в областях, соответствующих основным направлениям деятельности института (с указанием основных источников, лиц или организаций, формирующих и распространяющих фальсификацию; потенциальную опасность данной фальсификации интересам России; предварительных предложений по мерам научного опровержения фальсификации).
2. Информацию о деятельности ученых Вашего института по разоблачению фальсификаций и историко-культурных концепций, наносящих ущерб интересам России.
3. Контактное лицо или список научных сотрудников, для участия в работе Комиссии ОИФН РАН по анализу историко-культурных фальсификаций, наносящих ущерб интересам России (с телефонами и электронным адресом)".
Но очень хорошо написано.
Чтобы не потерять - помещу здесь.
Язык любви один и тот же всюду.
Не знаешь ты армянского, и все же,
Когда тебе я по-армянски буду шептать
«Люблю», невольно ты поймешь.
Но это боль, что мне дана судьбой,
Не гаснущая в яви и во сне...
Ведь столько дней, как я брожу с тобой,
Но грустно мне и одиноко мне.
Армении не видно здесь, не слышно…
Как далека нагорная тишина!
Когда шумит вокруг твой город пышный
Во мне безмолвствует моя страна.
И Арарат… Он лишь горой библейской
Вам чудится, заоблачный, а нам
Он скорбь и радость в беззакатном блеске,
Надгробье, колыбель, бессмертный храм.
Поймешь ли боль веков, тебе чужую!
А мы живем, ее в крови храня
Пусть на твоем наречье расскажу я
Про эту боль – ты не поймешь меня.
вспомнил стихотворение советского поэта Алтаузена Джека, тоже нравилось когда-то)
Притворяться мне не пристало, --
Как я рад,
Что увидел ту,
У которой должны кристаллы
Занимать свою чистоту!
С этим трудно не согласиться,
Это в каждой
Пряди волос,
Это в каждой крапинке ситца
Кофты, трогательной до слез.
Почему, -- он, наверно, спросит,
Этот парень
Со стороны, --
Пробивается рано проседь
У чекисток нашей страны?
Тот, чьи губы молчанье лижет,
Держит сердце в руках тугих, --
Те планеты,
Что к солнцу ближе,
Обгорают раньше других.
И винить я ее не стану, --
Никуда эту соль не деть,
Потому что ей неустанно
Надо в дуло врага глядеть.
Но в смертельном поединке
С темной силою
Всей земли
Наши девушки,
Как снежинки,
Сохранить чистоту смогли.
Почему же,
Как говорится, --
Или молод я, или глуп, --
Я боюсь перейти границы
Этих радостно сжатых губ?
И строку мою сразу сводит,
И в словах моих
Дрожь видна,
Будто пью я сырую воду,
А в стакане не вижу дна.
Что ж, наверно, нельзя иначе,
Отвечаю я здесь втройне,
Потому что солгать ей -- значит
Все равно,
Что солгать стране.
1933 г.Решил поместить его здесь
Жила. И крови не было заметно
Снаружи. Наклонившись, я сперва
Не разглядел, как страшно искалечен
Несчастный зверь. Лишь увидав глаза,
Похолодел от ужаса. (Слепит
Сиянье боли.) Диким напряженьем
Передних лап страдалица тащила
Раздробленное туловище, силясь
Отнять его у смерти. Из плаща
Носилки сделал я. Почти котёнок,
Облезлая, вся в струпьях... На диване
Она беззвучно мучилась. А я
Метался и стонал. Мне было нечем
Её убить. И потому слегка,
От нежности бессильной чуть не плача,
Я к жаркому затылку прикоснулся
И почесал за ушками. Глаза
Слепящие раскрылись изумлённо,
И (господи! забуду ли когда?)
Зверёныш замурлыкал. Неумело,
Пронзительно и хрипло. Замурлыкал
Впервые в жизни. И, рванувшись к ласке,
Забился в агонии.
Иногда
Мне кажется завидной эта смерть.
Недавно (22 марта) была годовщина трагедии в Хатыни: в этот день в 1943 году нацистами была сожжена белорусская деревня Хатынь вместе со всеми её жителями. Жителей всех согнали в один сарай и подожгли...

Хатынь!
Хатынь!
Хатынь!
Я слышу,
как набатом боль стучится.
Мороз по коже.
Стой!
Замри!
Застынь!
И как же это всё могло случиться?!
Живыми уходили в мир иной...
Людей безвинных жгли с домами вместе.
И объяснить всё это лишь войной
Я не могу, когда стою на месте,
Где каждый сантиметр земли вопит
От горя и от боли нестерпимой, -
Он кровью человеческой полит...
Кто будет там, не проходите мимо!
Постойте, скорбно голову склонив,
Послушайте, как ветер плачет...
Стонет! В краю лесов и плодородных нив
Колокола звонят... Их эхо тонет
В высоком поднебесье.
Стой!
Застынь!
Перед тобой -
Хатынь!
(А. Вертинский)
погибшего в первых атаках Великой Отечественной. Именно тем, что он хотел жить и умереть за Родину и чувствовал потребность быть Русским - и был им.

Есть в наших днях такая точность,
Что мальчики иных веков,
Наверно, будут плакать ночью
О времени большевиков.
И будут жаловаться милым,
Что не родились в те года,
Когда звенела и дымилась,
На берег рухнувши, вода.
Они нас выдумают снова -
Сажень косая, твердый шаг -
И верную найдут основу,
Но не сумеют так дышать,
Как мы дышали, как дружили,
Как жили мы, как впопыхах
Плохие песни мы сложили
О поразительных делах.
Мы были всякими, любыми,
Не очень умными подчас.
Мы наших девушек любили,
Ревнуя, мучаясь, горячась.
Мы были всякими. Но, мучась,
Мы понимали: в наши дни
Нам выпала такая участь,
Что пусть завидуют они.
Они нас выдумают мудрых,
Мы будем строги и прямы,
Они прикрасят и припудрят,
И все-таки пробьемся мы!
Но людям Родины единой,
Едва ли им дано понять,
Какая иногда рутина
Вела нас жить и умирать.
И пусть я покажусь им узким
И их всесветность оскорблю,
Я - патриот. Я воздух русский,
Я землю русскую люблю,
Я верю, что нигде на свете
Второй такой не отыскать,
Чтоб так пахнуло на рассвете,
Чтоб дымный ветер на песках...
И где еще найдешь такие
Березы, как в моем краю!
Я б сдох как пес от ностальгии
В любом кокосовом раю.
Но мы еще дойдем до Ганга,
Но мы еще умрем в боях,
Чтоб от Японии до Англии
Сияла Родина моя.
1940-1941
"Всадники со станции Роса", "Далёкие горнисты", "Бригантина с именем Звезды"... Все вещи очень добрые, про ребят - школьников - мечтателей - корабли - детство - приключения.
Вспомнил хорошее стихотворение Крапивина из книги, из которого сделали потом песню. Ещё фильм был по его рассказу "Мальчик со шпагой". Там эта песня звучала.
Не трогай,
не трогай,
не трогай
Товарища моего.
Ему предстоит дорога
В высокий край огневой.
Туда, где южные звезды
У снежных вершин горят,
Где ветер в орлиные гнезда
Уносит все песни подряд.
Там в бухте развернут парус,
И парусник ждет гонца.
Покоя там не осталось,
Там нет тревогам конца.
Там путь по горам не легок,
Там враг к прицелам приник.
Молчанье его пулеметов
Бьет в уши, как детский крик.
Не надо,
не надо,
не надо,
Не надо его будить.
Ему ни к чему теперь память
Мелких забот и обид.
Пускай перед дальней дорогой
Он дома поспит, как все,
Пока самолет не вздрогнул
На стартовой полосе.
Тревога с радиомачты
Ударила в мир голубой.
Не плачьте,
не плачьте,
не плачьте
О тех, кто уходит в бой.
Над краем далеким, горным
Раскаты черной грозы...
Не зря мой товарищ упорно
Испанский учил язык.
Прощаясь, он шпагу, как надо,
Братишке сделать помог.
Испанское слово "эспада"
По-нашему значит "клинок".
Пока рассветы багряны,
Пока покой не настал,
В ребячьих клинках деревянных
Пусть крепнет упругая сталь.
...Но если в чужом конверте
Придет к вам черная весть,
Не верьте,
не верьте,
не верьте,
Что это и вправду есть.
Убитым быть - это слишком.
Мой друг умереть не мог.
Вот так... И пускай братишка
Ему напишет письмо.
Угрозы врагов не слушай -
Не сбить нас залпами с ног.
Бывает сильнее пушек
Характер, стальной, как клинок.
Мы встали шеренгой строгой
Все сразу за одного:
Не трогай,
не трогай,
не трогай
Товарища моего.
Владислав Крапивин.
Даже не знаю, что в ней такого, но что-то очень созвучное
с настроем души, что ли.
В общем, давно так ничего не задевало.
написанное в 1916 году поэтом и корреспондентом газеты "Русское слово" Сергеем Городецким после того как тот побывал в Западной Армении (территория, на которой находится гора Арарат и озеро Ван, входящая сегодня в состав Турции).
Решил разместить его здесь. Очень кажется красивым.
Как перед женщиной, неведомой и новой,
В счастливом трепете стою перед тобой.
И первое сорваться с уст боится слово,
И первою смущаются глаза мольбой.
Узнать тебя! Понять тебя! Обнять любовью,
Друг другу золотые двери отворить.
Армения, звенящая огнем и кровью!
Армения, тебя хочу я полюбить!
Я голову пред древностью твоей склоняю,
Я красоту твою целую в алые уста.
Как странно мне, что я тебя еще не знаю,
Страна - кремень, страна - алмаз, страна - мечта!
Иду к тебе. Привет тебе! Я сердцем скорый.
Я оком быстрый. Вот горят твои венцы -
Жемчужные, алмазные, святые горы.
Я к ним иду. Иду во все твои концы.
Узнать тебя! Понять тебя! Обнять любовью,
И воскресенья весть услышать над тобой.
Армения, звенящая огнем и кровью!
Армения, не побежденная судьбой!
к работе о "Мастере и Маргарите"
о. Андрея Кураева.
Сейчас решил перечитать. И вот сразу заворожил эпиграф.
Хотел полностью стихи найти - не нашёл, потому цитирую в таком варианте)
Отрекись от Него – и громом
Не расколется небосвод…
Только свет из грешного дома
Может быть, навсегда уйдет.
И заметишь ты это едва ли:
Всё заботы да суета…
Мы не раз уже предавали
И стыдились верить в Христа.
Но глядит Он из дальней дали,
Весь изъязвлен и весь в крови:
Дети, дети Моей печали,
Дети, дети Моей любви
(Надежда Павлович. Наши дети).
